О моральном дегенератстве рынков

Подходящая статья на Project Syndicate для продолжения разговора о деньгах, морали и ценностях:

Кроме того. Мы не раз говорили о том, что право все больше вторгается в области морали, оставляя последней все меньше и меньше территории. Другими словами, наша жизнь со временем становится все более зарегулированной законами, чем этическими нормами, культурными традициями и обычаями. А вот вам взгляд по сути на ту же проблему, но под другим прицелом (там же):

The last three decades have witnessed a quiet revolution, as markets and market-oriented thinking have reached into spheres of life previously governed by non-market values: family life and personal relations; health and education; environmental protection and criminal justice; national security and civic life.

Read more at http://www.project-syndicate.org/commentary/what-money-can-t-buy-by-michael-j--sandel#JHktPoqSw2BzqWt2.99

Эра безответственности

Александр Шиляев

Человек давно уже приучился относиться к себе с чрезмерной бережливостью, неустанно повторяя, что он слаб, что nobody's perfect. Как следствие попытки оправдаться ограниченной рациональностью, довлеющим над нами бессознательным, вменением себе некоей исключительности на фоне всего сущего. Да и какие еще всходы могли взойти на почве гуманизма, либерализма и других учений, призванных подвести под эти предпосылки научную базу? Так, естественным продолжением и развитием эры милосердия стала эра безответственности.

Однако, цель данной заметки очень даже прикладная, несмотря на заявленную всеобщность и всеохватность поднятой проблемы. Речь об ограниченной ответственности акционеров компаний, распространившейся почему-то и на управляющих этих компаний.

Ограниченную ответственность называют одним из величайших изобретений в деле повышения благосостояния. Логика таких изъятий предельно проста: в условиях отделения функции владения от функции управления предприятием было бы чрезмерным налагать на акционеров ответственность за последствия решений, которых они не принимали. Кажется справедливым и разумным, что акционеры несут ответственность только за собственные решения (помещения средств в то или иное предприятие) и только в пределах своего вклада. Но почему менеджерам компаний, которые управляют средствами акционеров, их решения должны сходить с рук, это непонятно.

Закон наделяет фирмы правом занимать средства, принимать на себя риски, заключать контракты и отвечать по своим долгам так, словно эти организации действуют самостоятельно и за ними не стоят конкретные люди, от квалификации и воли которых зависит, будет ли компания процветать или обанкротится, окажутся ли средства акционеров приумноженными или для них наступит тот самый спасительный, но крайне нежелательный случай их ограниченной ответственности.

Сегодня наемным менеджерам удается "разваливать" крупнейшие компании, ничем не рискуя при этом. Они покидают свои посты, выписывая в качестве увольнительных многомиллионные бонусы за бездарно, если не преступно сделанную работу. Единицы подвергаются наказанию, да и то в случаях, когда преступления настолько очевидны и вопиющи, что скрыть их не удается никакими способами. Последний кризис -- лучшее подтверждение (и следствие) вновь установившегося порядка, подразумевающего и совмещающего в себе человеческую беспринципность и правовое безразличие.

Тема стимулов и оторванности компенсационных пакетов топ-менеджеров от результативности их работы давно уже в числе одной из наиболее актуальных как в деловой, так и в академической прессе. Акционеры давно уже, кажется, ни на что толком не влияют в плане стратегического управления принадлежащими им компаниями, а советы директоров благодаря многочисленным уловкам современной теории и практики корпоративного управления настолько "повзрослели" и стали независимыми (да и как могло быть по-другому в компаниях, где 1000+ акционеров?), что теперь (особенно после кризиса со всеми его корпоративными сюрпризами) едва ли не самой горячей темой корпоративного управления стало муссирование вопроса о том, должны ли акционеры иметь возможность влиять/определять уровень зарплат менеджеров, которым они доверили управление (в англоязычной литературе эта проблема описывается тремя словами "say on pay", которые все чаще пишут через дефис; думаю, многим известно, что означает такая тенденция, наметившаяся в языке).

Бизнес -- это не единственная среда, где объем полномочий и привилегий давно не ходит рука об руку с подразумеваемыми этими полномочиями и накладываемыми ими на человека ответственностью и обязательствами. Так, пребывание в чиновничьем (полицейском, каком-либо другом государственном) чине в ряде стран является едва ли не законодательно оформленным бенефицием. Вы можете принимать самые неожиданные решения и вам за это ничего не будет. По этому поводу я уже писал в начале этого года в другом месте:

...было бы справедливо, если бы государство за большие права и большую ответственность установило для тех, кто всю эту государственную атрибутику власти предпочитает направлять исключительно на службу себе, а не государству и людям.

Что характерно, такая безответственность -- что в бизнесе, что в политике, что в других сферах -- доступна далеко не всем. Это -- прерогатива элит. Поэтому говорить, что мир скатывается в анархию было бы неверным. Но чем новый порядок лучше средневекового, когда существовало множество юрисдикций для разного рода граждан, когда продавались бенефеции и индульгенции? По крайней мере, те порядки были честнее, так как открыто признавали превосходство одних над другими. Люди могли с ними не соглашаться, но правила игры были известны. Сегодня формально закон провозглашен один для всех, и сегодня во всем мире усиливается неравенство, и тем элиты становятся сильнее. Но становятся ли они вместе с тем честнее и благоразумнее? По их поведению так не скажешь. Это ли не показатель безответственности и безнаказанности?

О том, как Джексон с Веником Америке яму выкопали

Александр Шиляев

За моральные прегрешения перед человечеством (гражданами и их свободами) какое самое действенное наказание? Общественное порицание и "фи"? Нет, конечно. Лишение пломбира и карманных денег, иными словами, меры экономического воздействия. А какие более высокие цели могут позволить закрыть глаза на творящийся произвол, оправдать несправедливость. Опять же экономические.

К середине 20 в. евреи (по крайней мере, какая-то их часть) вновь оказались в рабстве. На сей раз в советском. И худо жилось евреям в СССР, ох, худо. И задумали они очередной исход совершить (в землю обетованную, естественно, к тому времени уже стараниями СССР подготовленную). Но в СССР стражи были бдительными, а границы еще не такими дырявыми, как сейчас, и исход евреев как-то все откладывался. "Спасение" явилось в лице двух пусть не Моисеев, но членов американского парламента: сенатора Генри Джексона и конгрессмена Чарльза Веника.

Чтобы освободить евреев из "гетто", Джексон с Веником придумали поправку к закону о торговле, подразумевающую лишение стран, препятствующих эмиграции, статуса наибольшего благоприятствования в торговле. Сия новая "заповедь" по традиции получила имя своих родителей. Именно о евреях там речь, конечно, не шла, подразумевались все без разбору, кто бы хотел обрести "свободу", но причиной тому была элементарная политкорректность, не более. Итак, закон с поправкой был принят в 1974 году, а в самом начале 1975 года президент Форд подписал его. И поехали.

СССР евреев освободил (правда, не сразу и не всех), а вот Америка поправочку хранила про запас, отменять не торопилась. Не выгодно было, сами понимаете. Правда, в последнее время президенты пользовались своим правом приостанавливать действие поправки, но как таковая она отменена так и не была. А 22 августа сего года Россия таки доползла до порога ВТО и перевалилась через него. И случилось так, что теперь поправка Джексона-Веника обернулась уже против своих изобретателей. Теперь в вырытую для другого яму рискует свалиться сам копальщик.

И вот уже Джо Байден говорит, что поправку в отношении России следует отменить, Хиллари Клинтон на встрече АТЭС во Владивостоке обещает, что это будет сделано в ближайшее время (но теперь уже, судя по всему, только после президентских выборов). Кое для кого поправка Джексона-Веника служит предметом торга, поэтому процесс подвигается медленно. И американцы вынуждены сами себя успокаивать и объяснять друг другу очевидные вещи:

Repealing the Jackson-Vanik Amendment should not be viewed as a gift to Russia, but rather as a benefit to the United States: American businesses will be the ones primarily affected if the legislation is left on the books. Repealing the legislation and granting permanent normal trade relations would support the U.S. economy and American jobs. Lawmakers should act sooner rather than later, lest the United States miss out on a valuable opportunity to benefit from Russia’s accession to the WTO. (ссылка)

По правилам, принятым в ВТО, поступать так с ее членами нельзя, нельзя, чтобы чье бы то ни было законодательство содержало подобные провизии в отношении членов организации. А США вот имеют. И теперь уже Россия может применять экономические санкции к своим американским контрагентам, ставя тем самым их в менее благоприятное положение по сравнению с контрагентами из стран с более дружелюбным к нам законодательством.

Цена вопроса для США: удвоение или даже утроение экспорта в Россию в течение ближайших пяти лет (ссылка, ссылка, ссылка). В нынешние нелегкие для экономики США времена такими объемами не разбрасываются да и вообще такими рынками, как российский. Да и вообще, когда речь идет об экономических интересах США, правозащитникам лучше молчать.

UPD: 16.11.2012 палате представителей американского Конгресса наконец-таки удалось решиться на отмену пресловутой поправки.

P.S.: (15.12.2012) Президент США подписал закон, отменяющий поправку Джексона-Веника и одновременно с этим т.н. "акт Магницкого" -- этакую модернизированную дубину, без наличия которой Америка чувствует себя очень неуверенно. Т.о. формальные препятствия торговле между двумя странами как бы преодолены, но по сути в российско-американских отношениях мало что изменилось. США продолжают пытаться оказать на Россию давление.

Открытое правительство

Пока в России пытаются (или уже нет) создать открытое правительство, другие страны в этом направлении какой-то путь уже успели пройти. И даже книжки успели об этом написать (читай ниже).

О жизни оленей и бродячих собак

или О том, как знание наук естественных может помочь устроению дел общественных

Александр Шиляев

Человек в своих инженерно-технических изысканиях давно уже научился брать пример у природы, изучая устройство и принципы действия природных объектов и перенося их на собственные творения и изобретения. И вполне неплохо у него это получается, если с умом подходить. Но тут самое взаимодействие проще - от наук естественных до наук технических рукой подать, любой инженер физика или химика куда лучше и быстрее поймет, чем лирика.

Инженеры же общественного устройства, т.е. политики, видимо, считают к их работе законы развития мира неприменимы. В результате их творения еще дальше отдаляются от и без того недостижимого идеала. Это все из-за спеси (hubris), из-за ложного представления человека о своем превосходстве над всем сущим. Вот два небольших примера.

1. Об оленях и предпринимателях

Олени

Одно время в одном небольшом штате США на восточном побережье была запрещена охота на оленей. При этом в соседнем штате, сходном с первым и размерами, и плотностью населения, охота на них была разрешена. Естественно, никаких преград для миграции оленей между этим штатами не существовало, и они свободно перемещались, как им вздумается. Но охотники из первого штата, где охота была запрещена, и которые хотели поохотиться на оленей, ехали во второй штат. Как вы думаете, как сказывалось такое регулирование на популяции оленей в том и другом штатах?

К несчастью оленей из первого штата не в их пользу. Во втором штате, где охота была разрешена, популяции с лихвой хватало и для своих, и для приезжих охотников, и для нормального воспроизводства поголовья. Регулируемая таким образом численность животных имела своим следствием отсутствие избыточной конкуренции за кормовую базу. В результате олени во втором штате были крупнее своих собратьев-соседей, и, таким образом, как трофеи оказывались более привлекательными объектами для охоты. Очевидно, хорошее питание непосредственным образом сказывалось и на здоровье животных в целом, на их способности к воспроизводству, выхаживанию потомства.

В первом штате наблюдалась ровно противоположная картина. Отсутствие должного регулирования привело к бесконтрольному росту численности поголовья оленей (их естественные природные враги - пума, волк, медведь, рысь - были уничтожены еще раньше или их численность была сведена к минимуму). Конкуренция за кормовую базу, и без того ограниченную, усилилась, это привело к тому, что животные стали голодать, болеть и даже погибать от истощения. Даже в этих условиях попытки властей снять запрет на охоту долго еще натыкались на категорические протесты со стороны "зеленых".

Предприниматели

История с оленями вызвала у меня ассоциации с российским предпринимательством. Наши предприниматели, в первую очередь, конечно, из малого бизнеса, из совсем малого бизнеса, напоминают мне оленей из первого штата. Они также голодны и, вы возьметесь спорить, но это так, излишне многочисленны. (Если кто-то решит аргументировать свои доводы против данного высказывания, приводя в пример процент малых предпринимателей в развитых странах, то я на это так прямо и отвечу: "На то они и развитые, чтобы иметь возможность позволить себе такую роскошь". Мы же пока не можем, так как наш внутренний рынок по сравнению с их рынками - жалкий кусочек шагреневой кожи. А если сопоставлять внешние рынки, то вообще окажется, что к нашим малым предпринимателям даже самое понятие неприменимо. То есть можно сказать, что наши предприниматели еще в менее выгодном положении оказались, чем те олени, так как последним хотя бы никто не запрещал мигрировать в более кормные места, а наших бизнесменов на внешних рынках определенно никто не ждет, если для оленей никаких барьеров не было, то для наших бизнесменов их масса.)

Формально низкие барьеры для занятия бизнесом создают у людей ложные стимулы и представления, сигнализируя им, что предпринимательство у нас приветствуется, а занятие бизнесом доступно каждому. В результате картина получается такая, что предпринимательством у нас вроде бы и просто заниматься, но на практике почему-то не получается создать уверенную такую в себе прослойку кулачков и середнячков, которая бы представляла из себя силу и могла о себе заявить. То же самое, кстати, у нас с высшим образованием. Оно доступно практически всем, но о его качестве лучше даже и не вспоминать...