Кто такие "эконы" и какова жизнь среди них

Пару раз (здесь и здесь) я как-то ссылался на статью Акселя Лейонхуфвуда "Жизнь среди эконов". Своего рода памфлет на профессию, написанный 40 лет назад, сегодня выглядит уже не просто как юмористическая заметка, призванная разрядить обстановочку или, наоборот, обратить внимание на тревожную тенденцию, а как грустная ирония, как сбывшееся во всех деталях пророчество.

Вот я и подумал, раз статья сегодня более чем актуальна, может быть, кто-то, кто не знаком с ней, но кого интересует эволюция профессии, захочет почитать первоисточник. Благо и русский перевод имеется.

Чем классика отличается от мейнстрима? Тем, что классика актуальна во все времена, а мейнстримы приходят и уходят. Сегодня, спустя 40 лет, можно с уверенностью сказать, что "Жизнь среди эконов" стала если не научной классикой, то классикой научного юмора. За то автору и спасибо.

Историки, экономисты и экономическая история

Вот могли же раньше историки и экономисты вместе в мире жить. Какая кошка между ними пробежала, что случилось, что они до сих пор никак помириться толком не могут? Здесь, конечно, далеко не исчерпывающий ответ, но хоть что-то. Если кому интересно.

Современная медицина: будем ли здоровы?

Александр Шиляев

Кому-то покажется странным, но такой вот парадокс наблюдается: чем дальше продвигаются по пути познания наука (в т.ч. медицина) и по пути развития технологии, тем больше обнаруживается (или возникает, или и то и другое одновременно) у человека проблем со здоровьем.

Ни для кого уже не новость, как успешно "забивают" бактерии на человеческие потуги создать против них эффективное и надежное средство. Теперь пришла очередь поволноваться и за нашу гормональную систему. Вот "ланцетовская" редакционная статья, посвященная отчету WHO о химических соединениях, разрушающих эндокринную систему (т.н. endocrine-disrupting chemicals (EDCs)).

Вывод пока таков: несмотря на возрастающее с каждым годом число таких соединений, на сегодняшний день ученые толком ничего не могут сказать, как эти соединения влияют на здоровье человека. Домыслов и спекуляций на этот счет пока больше чем убедительных и доказательных исследований, поэтому существует настоятельнейшая необходимость в создании такой системы, которая бы получила широкое признание экспертов.

Видимо не в последнюю очередь этот отчет повлиял на решение Lancet'а запустить новый журнал, посвященный диабету, эндокринологии и вообще вопросам метаболизма.

Выше уже частью содержится ответ на вопрос "почему это так важно?" Еще один ответ содержится в "шапке" к редакционной статье "Endocrine disorders: turning towards the road less travelled", написанной уже к 1-му номеру нового журнала:

“Qatar: world's fattest country…”, “Childhood Obesity Rates in Israel Similar to United States…”, “Gulf states world ‘heavyweight’ contenders”, “Mexico Obesity Rate Knocks America Out Of Number One Spot”. This is just a selection of recent headlines about countries threatening to top the charts as the country with the highest obesity prevalence. As obesity spreads, type 2 diabetes follows closely in its wake. In the Global Burden of Disease Study 2010, diabetes (with type 2 diabetes the most prevalent) had leapt to the ninth greatest cause of death.

Правда, есть еще много вопросов, остающихся пока без ответа. И один из них, очень важный, определенно должен звучать так: поднятые выше (и не поднятые, но подразумеваемые) проблемы в первую очередь медицинские или все же, может быть, экономические (политические)? Дальнейшее направление движения будет во многом зависеть от того, как на этот вопрос ответить.

Экономисты в поисках веры

в том числе в самих себя. Хорошее занятие. Но как-то пока, судя по всему, не очень хорошо получается. Пожелаем нам всем успеха в этом нелегком занятии. А пока:

But until that day, all economists can really give us is intuition, suggestions, and ideas. Like the Royal Physician, each of us then has to decide for him/herself what we think is the best medicine. 

Economists have another virtue, in that they're very good at pointing out each other's logical errors. On the whole, economists are very smart, perceptive people. Like everyone else, they are liable to overstate their confidence and rely too much on their own unproven theories...

Это выдержки из статьи Noah Smith "Should we trust economists?" в Atlantic. Начните читать статью в его блоге Noahpinion, здесь, а потом уже оттуда пройдите на сайт Атланика за продолжением.

P.S. См. также здесь.

Antimonopolies Acts; 1

Судя по всему, по крайней мере англичане, шли долго, но пришли резко к пониманию того, что с монополиями надо бороться, а не плодить их бесконтрольно, иначе они быстро отбиваются от рук и начинают диктовать свои условия. И вот в 1623 английский король Яков I издает данный статут, направленный на борьбу с монополиями, хотя еще его предшественница Елизавета I довольно живенько раздавала всякие grants, licenses, patent letters, etc.

English Statute of Monopolies of 1623, 21 Jac. 1, c. 3 

An Act concerning Monopolies and Dispensations with Penal Laws, and the Forfeitures thereof [A.D. 1623]

Forasmuch as your most excellent majesty inyour royal judgment, and of your blessed disposition to the weal and quietof your subjects, did in the year of our Lord God 1610 publish in print to the whole realm, and to all posterity, that all grants of monopolies, and of the benefit of any penal laws, or of power to dispense withthe law, or to compound for the forfeiture, are contrary to your majesty's laws, which your majesty's declaration istruly consonant, and agreeable to the ancient and fundamental laws ofthis your realm: and whereas your majesty was further graciously pleased expressly to command that no suitor should presume to move your majesty for matters of that nature; yet, nevertheless, upon misinformations and untrue pretences
of public good many such grants have been unduly obtained and unlawfully put in execution, to the great grievance and inconvenience of your majesty's subjects, contrary to the laws of this your realm, and contrary to your majesty's royal and blessed intention, so published as aforesaid:

for avoiding whereof and preventing of the like in time to come, BE IT ENACTED, that all monopolies and all commissions, grants, licenses, charters, and letters patents heretofore made or granted, or hereafter to be made or granted to any person or persons, bodies politic or corporate whatsoever, of or for the sole buying, selling, making, working, or using of anything within this realm or the dominion of Wales, or of any other monopolies, or of power, liberty, or faculty, to dispense with any others, or to give licence or toleration to do, use, or exercise anything against the tenor or purport of any law orstatute; or to give or make any warrant for any such dispensation, licence, or toleration to be had or made; or to agree or compound with any others for any penalty or forfeitures limited by any statute; or of any grant or promise of the benefit, profit, or commodity of any forfeiture, penalty, or sum of money that is or shall be due by any statute before judgment thereupon had; and all proclamations, inhibitions, restraints, warrants of assistance, and all other matters and things whatsoever, any way tending to the instituting, erecting, strengthening, furthering, or countenancing of the same, or any of them, are altogether contrary to the lawsof this realm, and so are and shall be utterly void and of none effect, and in no wise to be put in ure or execution.

Экономисты-алхимики

There is one other thing that the public should know about economists: It is cleverness, not wisdom, that advances academic economists’ careers. Professors at the top universities distinguish themselves today not by being right about the real world, but by devising imaginative theoretical twists or developing novel evidence. If these skills also render them perceptive observers of real societies and provide them with sound judgment, it is hardly by design.

Dani Rodrik о пользе (или бесполезности) экономистов. Немного скомканно, но небезосновательно. В целом ничего страшного, наверное, каждая наука в свое время была в таком положении (вспомните алхимию, первых географов и астрономов), но тем, кто полагается на работы и советы экономистов в своей деятельности, от этого, конечно, ничуть не легче. И всем нам вместе с ними.

P.S. См. также здесь.

Лукавый бизнес, лукавое государство

Скорее всего, если бы не Твиттер и не @socialistecon, я бы эту статью пропустил. Так что спасибо блогу Socialist Economics. А обратил внимание потому, что блог твитнул переписку между Норманом Марковитцем и автором приводимой здесь статьи (в NYT), которая [переписка], собственно, и заинтриговала. Пришлось прочитать, что и вам настоятельно советую сделать.

Комментариев не будет. За исключением одного. Мне кажется, что т.н. welfare state, если, конечно, это то, к чему стоит стремиться, может быть каким угодно, только не таким, как описано в статье. И еще мне кажется, что американцы хотели бы построить что угодно, но не то, что они в итоге получили (на текущий исторический момент).

UPD: 03/05/13: А вот как это делается.
UPD: 18/06/13: Почитайте еще вот эту статью, и вы поймете, что тема "индивидуализации" и "персонификации" корпораций выходит далеко за рамки размеров налоговых платежей, причитающихся с тех или иных entities, а уж о пределах возможных последствий и загадывать наперед трудно.

Когда овес не в коня

Большое число территориальных сетевых организаций, которых несколько тысяч насчитывается в стране, далеко не способствует улучшению качества услуг. Кстати говоря, для сравнения могу напомнить, а специалисты, наверное, и без меня знают, в Федеративной Республике Германия, а объём экономики её хорошо известен, 800 таких организаций, а в Великобритании, которая тоже не последняя страна в еврозоне, всего 16, у нас – более 3 тысяч.

Это сказал В. Путин на совещании по развитию электросетевого комплекса (см. стенограмму).

Мы привыкли думать (так, по крайней мере, нас учат учебники по экономике), что чем больше на рынке компаний, тем лучше, так как удельный вес рыночной власти отдельной компании сравнительно небольшой, что должно способствовать усилению конкуренции между ними. Как бы не так! При "грамотной" организации, как вы можете видеть на примере устройства российской электропередающей отрасли (спасибо Чубайсу!), даже такое количество не является помехой для монополизации отдельно взятых рынков.

Объемы экономики у нас по сравнению с таковыми в некоторых (упомянутых) странах тоже не являются препятствием. Если бы даже у нас вся экономика стояла, всему этому сонму компаний нашлась бы работа. При одном необходимом условии: если правительство делает вид, что все идет как надо.

"Памятник" к 100-летию AER

American Economic Review, один из наиболее авторитетных академических журналов по экономической теории, выбрал Top-20 "превосходных и значительных статей" (admirable and important articles), опубликованных за первые 100 лет своего существования.

Вот члены комиссии, которой было поручено проделать эту кропотливую и весьма щепетильную работу *:

1. Kenneth J. Arrow
2. B. Douglas Bernheim
3. Martin S. Feldstein
4. Daniel L. McFadden
5. James M. Poterba
6. Robert M. Solow

(1,4 и 6 - нобелевские лауреаты по экономике 1972, 2000 и 1987 годов соответственно).

Вот список статей-победительниц (в алфавитном порядке):

Alchian, Armen A., and Harold Demsetz. 1972. “Production, Information Costs, and Economic Organization.” American Economic Review, 62(5): 777–95.

Arrow, Kenneth J. 1963. “Uncertainty and the Welfare Economics of Medical Care.” American Economic Review, 53(5): 941–73.

Cobb, Charles W., and Paul H. Douglas. 1928. “A Theory of Production.” American Economic Review, 18(1): 139–65.

Deaton, Angus S., and John Muellbauer. 1980. “An Almost Ideal Demand System.” American Economic Review, 70(3): 312–26.

Diamond, Peter A. 1965. “National Debt in a Neoclassical Growth Model.”American Economic Review, 55(5): 1126–50.

Diamond, Peter A., and James A. Mirrlees. 1971. “Optimal Taxation and Public Production I: Production Efficiency.” American Economic Review, 61(1): 8–27.
Diamond, Peter A., and James A. Mirrlees. 1971. “Optimal Taxation and Public Production II: Tax Rules.” American Economic Review, 61(3): 261–78.

Dixit, Avinash K., and Joseph E. Stiglitz. 1977. “Monopolistic Competition and Optimum Product Diversity.” American Economic Review, 67(3): 297–308.

Friedman, Milton. 1968. “The Role of Monetary Policy.” American Economic Review, 58(1): 1–17.

Grossman, Sanford J., and Joseph E. Stiglitz. 1980. “On the Impossibility of Informationally Efficient Markets.” American Economic Review, 70(3): 393–408.

Harris, John R., and Michael P. Todaro. 1970. “Migration, Unemployment and Development: A Two-Sector Analysis.” American Economic Review, 60(1): 126–42.

Hayek, F. A. 1945. “The Use of Knowledge in Society.” American Economic Review, 35(4): 519–30.

Jorgenson, Dale W. 1963. “Capital Theory and Investment Behavior.” American Economic Review, 53(2): 247–59.

Krueger, Anne O. 1974. “The Political Economy of the Rent-Seeking Society.” American Economic Review, 64(3): 291–303.

Krugman, Paul. 1980. “Scale Economies, Product Differentiation, and the Pattern of Trade.” American Economic Review, 70(5): 950–59.

Kuznets, Simon. 1955. “Economic Growth and Income Inequality.” American Economic Review, 45(1): 1–28.

Lucas, Robert E., Jr. 1973. “Some International Evidence on Output-Inflation Tradeoffs.” American Economic Review, 63(3): 326–34.

Modigliani, Franco, and Merton H. Miller. 1958. “The Cost of Capital, Corporation Finance and the Theory of Investment.” American Economic Review, 48(3): 261–97.

Mundell, Robert A. 1961. “A Theory of Optimum Currency Areas.” American Economic Review, 51(4): 657–65.

Ross, Stephen A. 1973. “The Economic Theory of Agency: The Principal’s Problem.” American Economic Review, 63(2): 134–39.

Shiller, Robert J. 1981. “Do Stock Prices Move Too Much to Be Justified by Subsequent Changes in Dividends?” American Economic Review, 71(3): 421–36.

Полный доступ к статьям можно получить, пройдя по ссылке: http://pubs.aeaweb.org/doi/pdfplus/10.1257/aer.101.1.1

* UPD: А вот статья by Beatrice Cherrier насчет данного рейтинга, избранной методологии и того, что он на самом деле может означать.

Оригинал под названием "Великолепная двадцатка!" (от 14.03.2011, без апдейта) находится здесь.

Достучаться до здравого смысла

Александр Шиляев

Жулики так разгорячились, что начали даже легонько отпихивать друг друга ладонями и наперебой вскрикивать: "А ты кто такой?"...

...Братья тут же принялись отпихивать друг друга ладонями. Уже послышались однообразные возгласы: "А ты кто такой?", уже вырвалась из очей Паниковского крупная слеза, предвестница генеральной драки...*

Все чаще отношения между представителями чиновничьей финансовой элиты, бизнесменами и экономистами напоминают "нежные" отношения "молочных братьев". Финансовые чиновники не скупятся на взаимные обвинения и упреки. Одни вменяют другим в вину факт замены действующей модели капитализма англо-американским неолиберализмом. Те -- другие -- признают, что да, мол, не все шло так гладко, как хотелось бы, но задают, в свою очередь, риторический вопрос: "А революционные идеи где?", -- намекая тем самым, что нет их, революционных идей-то.

Свет в конце тоннеля никак не зажигается, и желание найти виновных во всех свалившихся на голову (в частности Евросоюза) катаклизмах становится все сильнее. Во всем, оказывается, виноваты экономисты. Это они придумали такую модель общества, которая напрочь и в упор не видит его, в которой ему вовсе нет места, а есть только отдельные атомы -- индивиды, преследующие исключительно свои корыстные интересы. Но сделали они [экономисты] это не в одиночку. Такая модель пришлась очень по вкусу деловой и милитаристской элите в свое время, за что последние щедро платили ученым. Чего ж вы, дескать, теперь хотите? Что посеяли, то и жните.

Практическая глубина всех этих взаимных претензий и упреков не значительней, чем попытки установить истину в вопросе, что появилось раньше, яйцо или курица. Ответственные за политику люди никак не могут сплотиться (вот уж действительно задумаешься, общество -- не удобный ли это миф, используемый сильными мира сего для успокоения граждан), и подобные индивидуализм и корпоративизм никоим образом не способствуют поиску кратчайшего выхода из кризиса (кстати, во многих странах уже далеко не только экономического).

Перефразируя известную пословицу, можно сказать: новую парадигму трудно искать там, где ее уже нет. По крайней мере, мне так кажется. Большая часть разговоров сейчас крутится вокруг одного вопроса: бережливость (austerity) -- это хорошо для экономики или плохо? И, несмотря на проводимую политику в тех или иных странах, экономисты пытаются убедить общество (и тут без "общества" не обходится), что всё, чего не хватает сегодняшней экономике, чтобы подняться, это инвестиций. Больше денег в экономику, ещё больше, нет экономии, нет бережливости! А зачем? Очевидно, только для того, чтобы оставить уровень потребления, к которому люди в развитых странах так привыкли, не снижался? Две машины, два смартфона, три телевизора... Зачем? В данном случае такой вопрос уже не стоит и не ставится. Стандарт задан, вектор движения тоже, и ментальность такова, что не допускает никаких откатов и обходных маневров. Только вперед, пусть даже впереди непроглядная тьма. Вот, действительно, какое уж тут революционное мышление, где вы тут новую парадигму видите? И это ради этого человечество проделало такой путь, чтобы в 21 веке стать заложником пораженного вирусом жадности парализованного сознания? Ну уж нет. Слишком это просто для 21 века.
-----

* Ильф и Петров. Золотой теленок.

P.S. А экономисты тем временем пытаются, кто подштопать и подлатать существующие модели (напр. DSGE), а кто и создать что-то новое. Например, упоминаемый в статье Стив Кин (Steve Keen), который сам себя называет разработчиком программы моделирования по-Minsky. Но как бы эти модели ни назывались, сколько бы их ни было, думаю, вы уже поняли, что все они страдают пока одним существенным изъяном -- при их создании разработчики полностью проигнорировали роль и место в экономике финансовых рынков и институтов, решив, видимо, что банки, страховые компании, инвестиционные компании это так, баловство, безобидные посредники, на которых не стоит тратить время. А может быть, они, наоборот, уже настолько плохо представляли себе реальные механизмы функционирования этих рынков и организаций, что решили даже и не пытаться их хоть как-то учесть в структуре модели. И вот пришло время и посмеялось над самоуверенностью людей и поставило всех на свои места.

С заботой о здоровье нации: США и Россия, или небо и земля

Александр Шиляев

Далеко не все ладно в системе здравоохранения США. Причем, уже давно. Денег тратится много (см. например здесь и здесь), а толку выходит мало. Успехи Европы в этой жизненно важной сфере не дают американцам покоя. Отсюда непрестанные реформы и попытки выправить положение. По количеству реформ на душу населения США, пожалуй, даже нас оставили далеко позади.

Впрочем, достаточно иронии. Она была бы уместна, если бы у них получалось все так же коряво, как и у нас, если бы они, действительно, не пытались постоянно искать что-то новое, а только обезьянничали. Однако новая инициатива, о которой пишет Lancet, и которую Америка хочет предпринять, чтобы поднять здоровье нации -- теперь речь идет уже не столько о медицине, не столько о лечении, сколько о предупреждении болезней и пропаганде здорового уровня жизни (и это при всем при том, что у них уже достигнуто в этой области) -- на невиданные прежде высоты, так вот эта инициатива с удивительной ясностью дает нам понять, где они и где мы, и, более того, где они и где мы можем оказаться в самом ближайшем будущем, если будем следовать каждый соответственно своим намеченным планам и избранным стратегиям.

В чем заключается суть предлагаемых шагов, взаимодействие какого количества структур и на каком уровне потребуется для реализации намеченной программы -- об этом в статье, предлагаемой вашему вниманию ниже. Прочитайте, а потом без эмоций сопоставьте сказанное со всем тем, что и как предпринимается в российской медицине сегодня. И почувствуйте разницу. (Boldface по тексту мой -- А.Ш.)

Кстати, вам попадались на глаза вот такие -- не программные, а популярные -- материалы, в которых бы правительство на пальцах объясняло своим гражданам, что, а главное почему, оно собирается делать? Вот в этом еще одна большая разница между ними и нами.

America takes action on disease prevention

Bob Kirsch

The Lancet, Volume 380, Issue 9843, Pages 715 - 716, 25 August 2012

The USA is taking strong actions within its national disease prevention strategy, which aims to increase the number of Americans who are healthy at every stage of life. Bob Kirsch reports.

America's release of its first-ever national disease prevention strategy last year was one thing, implementing it, however, was always going to be another. But concrete steps are now being taken by the US Government in no fewer than 200 areas, say experts, while cities like Chicago and San Diego and states like Massachusetts are modelling their own, local action plans on the federal plan.

Within the purview of the recently released National Prevention Council Action Plan: Implementing the National Prevention Strategy, people in Albuquerque are driving veterans to health facilities; exercise programmes have been shaped to the needs of American Indian youth; the Department of Labor is developing approaches to help firefighters across the nation cope with work stress; military bases in Florida are changing the types of foods served to recruits and the rules about smoking; in the Midwest, the Environmental Protection Agency and the Department of Transportation are working together to build sustainable communities; in the Deep South, access to recreation areas is being improved; and in Milwaukee the safety of workplaces is being shored up.

The action plan identifies the federal contribution to a nationwide prevention effort involving and coordinating with not only branches of state and local governments but also with tribal governments, health-care systems, businesses, communities, and faith-based, non-profit, and other local organisations. With a focus on local communities, health disparities, and the choices made by people, the strategy is placing particular emphasis, on tobacco, drugs, alcohol, food, exercise, violence, safety, reproductive and sexual health, and mental and emotional wellbeing.

One of the major legislative achievements of the Obama Administration, the Affordable Care Act (ACA) not only addresses health-care costs for individuals but also disease prevention measures. It created the National Prevention Council, led by Surgeon General Regina Benjamin with participation by 17 federal agencies. Furthermore, the ACA provides a US$15 billion 10-year budget for prevention efforts.

Неравенство в доходах: США имеют бледный вид

Александр Шиляев

Вот здесь я писал, что о проблемах неравенства в распределении благосостояния можно говорить бесконечно, и в разговорах этих сегодня недостатка нет. Но долгие речи куда лучше доходят до сознания, когда сопровождаются наглядными пособиями.

Вот карты распределения уровня неравенства в распределении доходов в мире, составленные на основе коэффициентов Джини, подсчитанных, в свою очередь, любопытным ЦРУ.

Коэффициенты Джини, источник: CIA Factbook

Here's another map, also based on the CIA data, that shows countries by whether they are more or less equal than the U.S. The red countries have greater income inequality, the blue countries less; the U.S. is again purple.

США и их место на карте, отражающей уровень неравенства в распределении доходов в мире, коэффициент Джини

Income inequality is more severe in the U.S. than it is in nearly all of West Africa, North Africa, Europe, and Asia. We're on par with some of the world's most troubled countries, and not far from the perpetual conflict zones of Latin American and Sub-Saharan Africa.

Заботы и тревоги США о собственном положении понятны. Модель капитализма, которую едва ли не весь мир целые десятилетия почитал за идеальную и пытался копировать, начала давать сбои. Причем, такие, которые уже нельзя ни скрыть, ни объяснить никакими оправданиями. Ценности, которые Америка пыталась навязывать всеми миру, оказались ни вечными, ни человечными. Положение России уже хуже, чем в странах Европы, в Канаде, в Австралии, но пока еще лучше, чем в США и Китае. Неутешительный вывод заключается в том, что мы к нынешнему положению пришли за каких-то два десятилетия, когда та же Америка шла к своему едва ли не целый век. Так что нам есть о чем подумать, если мы не хотим, чтобы в один прекрасный момент нас еще и на этой карте покрасили в красный цвет.

Источник: The Atlantic

Экономисты и моралисты

Это вводная статья Майкла Бластланда к циклу передач по истории экономической теории (я некоторое время назад давал на него ссылку). Очень полезная и своевременная.

What's the story with economics?

16 March 2011 

What's morality got to do with it? Economics = numbers, doesn't it? In his regular column, Michael Blastland looks for the real story of economics.

How do you feel about economics?

a. It's all about money, a gospel of the spreadsheet that feeds greed and selfishness. It's a tool of the powerful. It even dares put a price on life.

b. It loves you no less if you're generous. It's honest in facing hard choices - like who to save and who not in healthcare. It has a moral commitment to freedom and studies poverty every bit as much as wealth.

c. It's a science, stupid. Cut the morality tosh.

Economics is a subject that polarises like few others. To some, it's an immoral calculating machine.

To others, it's an amoral - not immoral, but amoral - science, descriptive pure and simple.

To still more, it has a positively moral commitment to freedom by trying to increase people's choices.

Continue reading the main story

What's puzzling is that morality so often comes thumping into it - when the subject has been taught for generations as if morality was someone else's job. 

The economic historian Roger Backhouse says there was an historic split from "normative economics" - what we should do - to "positive economics" - the description of what we do in fact.

Some seem to blame this approach for the crash, implying that it somehow separated economic ideas from what people really are. Off goes the money into some virtual world that's nothing to do with me, back comes profit. So goes the parody.

An interesting question is whether this intellectual divorce might change in the light of the global economic mess of the last few years, in which much of the anger has been righteous. At least one leading economist, John Kay, thinks we should go back to talking about political economy, instead of economics, to show that moral values are still inescapably in there (Выделено мною).

Weasel words
A few years ago, it seemed money needed no excuse. Now greed seems evil again. Well, to some it does, as they rail against bankers or corruption. To others the pursuit of self-interest is still the surest way to prosperity for all. What's more, they argue, it's also the most moral.

Because for everyone who sees self-interest, another will see self-reliance, a virtue. Some want higher tax for the common good; others see tax as theft or waste. "The common good?" Weasel words for dependency, they say.

And that's the problem with morality in economics. It makes the dry economic calculus for rational, utility-maximizing individuals a good deal more elusive. "Good" and "bad" sure complicate the sums.

But here's what's odd about those sums. With the exception of John Kay, who is prepared to consider the possibility that morality might cost, I've seldom met anyone who doesn't think their morality pays off.

If you think government should get off our backs and encourage self-reliance - for moral reasons of course - you probably think cutting it will be good for the economy too.

If you think the government should help people more, you probably also think with uncanny conformity that this would be good for economic growth.

Whatever our morality, it's efficient. Funny that.

Does it suggest that inside every economic rationale there's a moraliser trying to get out? Or that behind every moral belief there lurks self-interest?

But that's only one perspective on economics. We left hanging some of the others.

Over to you
Maybe economics is not really moral at all. Maybe it's mechanical, the study of a great sorting machine. Or maybe it's neither, the economy being more like a great animal, the sum of the wills and instincts of millions of capricious individuals, like you and me.

These three perspectives are how we tell the story of economics in a new BBC Radio 4 series.

The point is that there's not just one story of economics, which feels as if it means more separate things to more people than perhaps any other subject I know. The standard definition - the study of the allocation of scarce resources - scarcely scratches the surface. So what does it mean to you?

Источник: сайт BBC
 

Невиноватые мы!

Mark Thoma своей статьей в The Fiscal Times, видимо, решил оправдаться за всю экономическую профессию и свалить вину на политиков, которые не слушали советов "правильных" экономистов и, наоборот, делали все, как им велели "плохие". А так, оказывается, у экономистов нет и не должно быть повода для беспокойства. Сложно сказать, насколько такая точка зрения соответствует действительности, но раз уж мы нередко позволяем критические высказывания в адрес экономистов, то для пущей объективности, считаю, будет полезно предложить читателям противоположную точку зрения.

М-р Thoma предусмотрительно употребил в заголовке слово "some", а, может быть, следовало сказать "all"? В остальном без комментариев.

Bubbles and Bailouts: Why Some Economists Failed

By MARK THOMA, The Fiscal Times

July 17, 2012

Economists have been criticized for their performance during the financial crisis, rightly at times, but not all of the criticism has been fair.

It's true that macroeconomists, as a group, did not see the signs of the disaster that was about to hit the economy. There were a few lonely voices who warned that a dangerous bubble was building in the housing market, but they were mostly ignored. And even after the economy’s troubles became evident, it took macroeconomists longer than it should have to correctly diagnose the problem as a balance sheet recession.

But once macroeconomists understood the nature of the difficulties we were experiencing, policies to effectively battle this type of recession were proposed. Unfortunately, the proposals were mostly ignored.

The banks got plenty of attention from both monetary and fiscal policymakers, but efforts to replace the lost demand hurting businesses, to help households repair their balance sheets, to create jobs for the unemployed, and to help state and local governments avoid cutbacks forced by balanced budget requirements fell far short of what was needed.

But I don't think this failure can be blamed on economists. There was no shortage of effort from many of us to get policies like these enacted. The question is why nobody listened.

Совет директоров: ученым вход закрыть?

Александр Шиляев

Кто может быть членом совета директоров компаний, кто достоин такого права и такой чести? Если бы только акционеры этой самой компании, то и вопроса такого не стояло -- рулите себе сами, разбирайтесь сами, как хотите и как умеете. Но акционеры сами не хотят участвовать в управлении своим имуществом, а чаще всего просто не умеют, но при этом хотят, чтобы все было под контролем, чтобы дивиденды платились, капитализация росла, чтобы ценные бумаги компании были ликвидными. Приходится командировать в советы директоров доверенных лиц, которые, с одной стороны, были бы достаточно компетентными, а с другой стороны, достаточно порядочными, чтобы можно было быть уверенными, что они станут отстаивать интересы акционеров, а не затеют свои игру. Но люди есть люди, поэтому все бывает.

О каком бы предприятии речь ни шла, поиск ренты, оппортунизм, конфликт интересов -- неизбежные спутники отношений "заказчик-исполнитель". Отношения между акционерами и директорами не исключение. Возможность влиять изнутри на политику компаний для многих оказывается непреодолимым искушением, поэтому неудивительно, что корпоративные скандалы становятся все более частым явлением, что служит лучшим свидетельством несовершенства существующих моделей корпоративного управления.

Поэтому у заинтересованных лиц -- акционеров, регуляторов, различных "вотчдогов" -- не перестает болеть голова на предмет определения, кто же лучше всего подходит для роли директоров компаний. Недавно правительство, усомнившись в пользе от участия чиновников в советах директоров компаний с государственным участием, объявило, что будет планомерно заменять их на независимых директоров, которые, как ожидается, будут более полезными и эффективными в этой роли. (Действительно, связи бизнеса и чиновничества оказываются подчас куда более прочными, чем того требует законодательство, практика управления и деловая этика.)

Как-то так получилось, что и общественность, и регуляторы, и акционеры да и менеджмент компаний очень благоволили и продолжают благоволить научным работникам в качестве независимых директоров. Они обладают необходимой компетенцией, кругозором, а часто и опытом управления коллективами, с другой стороны, будучи представителями науки, казалось бы, должны быть изначально нацелены на беспристрастный поиск оптимальных решений выгодных компании, а не определенным группам и кланам. Но не тут то было! Профессора университетов тоже люди, и ничто человеческое оказалось им тоже не чуждо.

Фильм Inside Job поубавил чувство умиления по поводу безобидных седеньких профессоров в очочках, заседающих в советах директоров крупнейших банков и компаний, оказывающих им консультационные услуги, выполняющих по их заказам разного рода "непредвзятые" исследования. Университетские профессора оказались хищниками под стать своим работодателям и заказчикам. Таким образом самая вера в институт независимых директоров оказалась сильно поколебленной.

Теперь, чтобы восстановить ее, может быть, необходимо подумать, кого следует исключить из потенциальных кандидатов на такие посты, чтобы не создавать лишних соблазнов и искушений, способных привести к очередному конфликту между жадностью к деньгам и стремлением доискаться до истины, в котором последнее легко может спасовать перед первой. Так зачем же без особой нужды трафить людским слабостям?

P.S.: Если честно, то цинизм, с каким некоторые ученые - участники фильма высказывались относительно своей роли во всех этих махинациях и манипулировании данными и рынками, поражает. Видимо, для многих из них мораль -- категория в высшей степени абстрактная, не имеющая ничего общего с человеческим поведением.

@Aleksei_Kudrin vs. @DeanBaker13

Два разных мнения на проблемы демографии, старения населения и наполнения бюджета. Одно из них можно их охарактеризовать как чиновничье-трусливое (или ленивое), другое, наоборот, как предпринимательски-оптимистичное.

• http://akudrin.ru/science/starenie-naseleniya-i-ugroza-byudzhetnogo-krizisa.html 

и

• http://www.cepr.net/index.php/op-eds-&-columns/op-eds-&-columns/the-return-of-the-demographic-crisis?utm_source=CEPR+feedburner&utm_medium=feed&utm_campaign=Feed%3A+cepr+%28CEPR%29

Читайте, делайте выводы, определяйтесь, кому больше верить.

О политологах-брехунах

Александр Шиляев

Прогнозы, на которые не скупятся деятели от политических наук (пока без кавычек) и которые на зависть редко попадают в цель, давно уже стали предметом насмешек, тем для карикатур и комиксов. Совсем недавно мы обращали ваше внимание на неуклюжесть попыток экономистов в этой области. Теперь вот под огонь критики попали политологи. И, видимо, поделом.

Причем, критика, похоже, рискует вылиться в реальные действия, влияющие уже не на какие-то абстрактные категории, а на материальное положение этих самых провидцев от политики. Власти США хотят провести поправку к закону, запрещающую NSF выделение грантов на исследования в области политических наук. Жаклин Стивенс (Jacqueline Stevens) со статьей о положении дел в политологии во вчерашнем выпуске New York Times.

Выводы, сделанные в статье, относительно способности ученых (пока опять возьмем без кавычек) делать прогнозы, которым можно было бы верить хоть с какой-то долей вероятности более чем 50%, неутешительные. Ссылаясь на работу психолога Филипа Тетлока (Philip Tetlock), Ms. Стивенс пишет:

Professor Tetlock’s main finding? Chimps randomly throwing darts at the possible outcomes would have done almost as well as the experts.

These results wouldn’t surprise the guru of the scientific method, Karl Popper, whose 1934 book “The Logic of Scientific Discovery” remains the cornerstone of the scientific method. Yet Mr. Popper himself scoffed at the pretensions of the social sciences: “Long-term prophecies can be derived from scientific conditional predictions only if they apply to systems which can be described as well-isolated, stationary, and recurrent. These systems are very rare in nature; and modern society is not one of them.”

Определенно, одна из функций любой науки -- прогностическая. В мире, по крайней мере, материальном все подчинено своим законам, и раз принцип действия закона установлен, ученые могут быть уверены, что действие его будет универсальным. Воспроизводимость экспериментов является следствием такого предсказуемого устройства природы, свидетельствует о том, что законы действуют всегда и применительно ко всем объектам вещного мира, а не избирательно.

Людям нравится постигать окружающий мир, вникать в суть вещей, другими словами, заниматься наукой. Может быть, именно поэтому в последнее время наук появляется все больше и больше, и что только не называется сегодня наукой. Но человек постигает мир не только с помощью наук, не только научным методом. Так, может быть, не стоит называть наукой то, что ею вовсе не является, что не обеспечивает (на сегодняшний день?) выполнение всех свойственных науке функций? Надеюсь, сегодня никому не придет в голову называть наукой астрологию или алхимию? Тогда, действительно, странно, почему NSF должен финансировать очередные и регулярно повторяющиеся неудачные попытки "ученых"-политологов предсказать то или иное событие, которые к тому же не ведут ни к накоплению нового знания, ни к выявлению каких-то закономерностей в общественной и политической жизни, если таковые имеются?

Куда бы продвинулась геофизика, вулканология и прочие науки о Земле (если признаться честно, в смысле достижений это не лучшие примеры), если бы ученые, их представляющие, получали гранты на предсказание очередного извержения вулкана или землетрясения, а не на фундаментальные исследования, не на разработку новых методов их предупреждения. С точки зрения освоения ресурсов первый путь несомненно более приятный и простой, но менее продуктивный с точки зрения общественного блага. Поэтому понятно сопротивление грядущим реформам со стороны политологических алхимиков, не желающих ничего менять и заниматься действительно наукой, а не профанацией, но и понятно стремление властей "избавиться" от бесполезных и уже весьма многочисленных нахлебников. Последним, чтобы выжить, придется прислушаться к посылаемому им сигналу и сделать выводы. Иначе в перечне наук позиций поубавится.

P.S. А чем живы и каковы успехи российских политологов, кто-нибудь в курсе? А то их тоже в последнее время все больше и больше, и в СМИ они появляются все чаще и чаще. Это ли не показатели жития припеваючи? Хотелось бы знать, за какие заслуги? Может быть, когда-нибудь и наши власти уделят более пристальный взгляд этому вопросу.

Доп. к теме Changes in the forecast, The Economist.

Что почитать

Economic Fables by Ariel Rubinstein, link
Economists and the Powerful by Haring and Douglas, link
Freakonomics by Steven Levitt and Stephen Dubner, link
SuperFreakonomics by Steven Levitt and Stephen Dubner, link
The Black Swan by Nassim N. Taleb, link

The Economics Anti-Textbook by Rod Hill and Tony Myatt, link
Too Big To Fail by Andrew Ross Sorkin, link

см. также Что посмотреть

Как учить экономике: продолжение истории с INET

Продолжение, правда, будет на ближайшей конференции в Берлине, которую проводит INET, а пока предметом настоящей заметки послужила сегодняшняя статья в Los Angeles Times Эрика Вейнера (Eric J. Weiner) Not Their Fathers' Economics.

Вот небольшой отрывок из статьи, который привлек мое внимание и который свидетельствует о том, что озабоченность тем, как учат экономике, не спадает, но наоборот. И что продолжает внушать оптимизм, так это тот факт, что такой озабоченнностью преимущественно проникнуты студенты и молодые специалисты (см. выделенный фрагмент).

I work for the Institute for New Economic Thinking, a research and education foundation in New York. Each year we hold an international conference that gathers major figures from the global economic community to discuss new ideas for addressing the critical challenges facing society.

Our conference this year starts Thursday in Berlin. Considering the location and timing, our focus naturally is on the financial crisis in Europe.

To incorporate some younger voices into the mix, we decided to invite a few students. So we put out word that we were accepting applications for 25 doctoral candidates from around the world to attend the conference, all expenses paid, and actively participate in our program and panel discussions. We figured that we'd receive from 100 to 150 responses. We got 563.

Obviously, we were caught off-guard by the level of enthusiasm. But in that heaping pile of applications we also could see a budding community of young scholars who don't want to pursue economics as it's traditionally been taught.

Впрочем, так и должно быть. Статью целиком можно прочитать, кликнув здесь.

Update: Конференция Rethinking Economics and Politics в Берлине, http://ineteconomics.org/conference/berlin

Пол Кругман: признание

Пол Кругман (Paul Krugman) в своей колонке в New York Times популярно объясняет, в каком кризисе и почему пребывает сегодня экономическая теория. Очень полезное и поучительное чтение. О том, как амбиции взрослых ученых мужей могут превратить их в неразумных и обидчивых детей. И что с того выходит остальному миру.


ECONOMICS IN THE CRISIS
Paul Krugman
For delivery 27 February, 2012


"...What you can criticize economists for – and indeed, what I sometimes berate myself for – is failing even to see that something like this crisis was a fairly likely event...


...Economists, of all people, should have been on guard for the fallacy of misplaced concreteness, should have realized that not everything that functions like a bank and creates bank-type systemic risks looks like a traditional bank, a big marble building with rows of tellers...


...By the time the crisis actually did strike, however, all too many of my colleagues had either rejected or forgotten the analysis they needed. And as a result there was a cacophony of voices when we needed a chorus, intellectual fog at the very moment when we desperately needed clarity of vision...


...What’s not OK is what actually happened, which is that freshwater economics became a kind of cult, ignoring and ridiculing any ideas that didn’t fit its paradigm..."

Текст целиком.